arheologi (arheologi) wrote,
arheologi
arheologi

Яковлева Е.А. Охранные исследования на XIV, XV, XVI Богоявленских раскопах

В 1999 г. в восточной части ул. Герцена, на верхней береговой террасе р. Пскова, ОАО «Паритет» были начаты работы по благоустройству восточной части исторического Запсковья. Запланированные работы включали строительство коттеджей, устройство коммуникаций, перепланировку местности. Территория, охваченная этими работами, имела площадь более 20 тыс. кв. м. Одновременно с архитекторами, реставраторами и строителями работали археологи. Охранными археологическими раскопами были исследованы площади более 1600 кв. м (раскопы XIV - XVIII, рук. Салмина Е.В., Яковлева Е.А.) (рис. 2).
XV - XVII раскопы находились в 10 м один от другого по «красной» линии новой застройки, на обочине дороги (ныне ул. Герцена), ведущей к Гремячим воротам. Общая площадь раскопов составила около 400 кв. м. Эти раскопы «попали» на самый край верхней береговой террасы р. Пскова. Перед началом работ местность представляла собой газон к югу от пешеходной дорожки улицы Герцена. Большая часть раскопов располагалась на склоне. Раскопки здесь доведены до 20 пласта (в южной части раскопа, на склоне), еще не закончены и будут продолжены в следующем году.
В 1999 г. на всех раскопах исследовались отложения губернского времени XVIII - XIX вв. По результатам сопоставления исторических планов города этого периода (рис. 1) было известно, что раскопами будет исследоваться южный край крупного микрорайона Запсковья, и отрезок проезжей части улицы не проименованнной на планах. В результате раскопок стало очевидным, что улица проходила южнее современной ул. Герцена, по самому краю береговой терассы. Она была вымощена гранитными валунами. С южной стороны к мостовой вплотную подходили дома и каменные ограждения, выполнявшие также роль подпорных утенок. Впервые изображения отдельных построек к югу от дороги появляются на плане 1857 г.

На плане 1821 г., к югу от контуров жилых кварталов и предполагаемой трассы улицы, показан крутой обрыв береговой террасы. Охранные исследования показали, что сооружения воздвигались на склоне, либо на второй сверху терассе, которая не заметна на поверхности современного склона и, вероятно, является рукотворной. Фундаменты устанавливались в слой, в редких случаях достигали материковой поверхности, прорезая ее на несколько сантиметров. Несомненно, что при устройстве указанной улицы были проведены крупные работы по горизонтальной планировке ее трассы, в результате чего был срезан культурный слой, местами материк, нарушено заполнение ранних ям. Более древние отложения bли перемещены, частью сброшены вниз по склону. Логично было бы предположить, что поздняя улица прошла по старой трассе.

Участки этой же улицы прослеживаются и на XIV Богоявленском раскопе, совпадая с современной Верхне-Береговой. Там мощение перекрывает ямы XVIII в. На участке перед «домом Статиной» и примыкающими к нему с запада домами, вдоль северной границы XI Богоявленского раскопа, мощеная улица используется и в настоящее время. Вероятнее всего, что подтверждают исторические планы и археологический материал, мощеная улица появляется в XIX в. и существует вплоть до последней перепланировки послевоенного времени. Возможно, на некоторых участках губернская улица совпадала с трассой древней улицы Запсковья, ведущей к выезду из города через Гремячии ворота и обходящей ц. Богоявления с юга.
Вещевой материал, собранный на этих раскопах, отличается от коллекций других Богоявленских раскопов 1999 г.. Во-первых, он немногочисленен, что также объясняется, учитывая перефирийное положение исследованного участка в районе. Во-вторых, довольно однообразен и, наконец, в подавляющем большинстве, выходит за хронологические рамки традиционных средневековых древностей. По характеру находок коллекции XV - XVI раскопов можно назвать «придорожными». Большую часть х представляют игральные бабки, с отверстиями и утяжелениями, обломки мундштуков курительных трубок («голландских» и «турецких»), обувные и конские подковы, осколки бутылок, в том числе с клеймами «London», куски серого кремня со следами использования, монеты XVIII -XIX вв., пуговицы из кости и цветного металла.
Найдено несколько переотложенных позднесредневековых вещей: небольшие фрагменты горшковидных изразцов, так называемых киотов — декоративных печных плиток, костяная накладка с циркульным орнаментом, медная монета-чешуйка, обломок двустороннего костяного гребня, фрагмент изделия из цветного металла в виде удлиненной пластинами с клеймами по бокам, в клеймах изве¬стны изображения животных. Подобные изделия встречались в Пскове в слоях XV - XVI вв., в настоящий момент достоверно не атрибутированы.
Несмотря на определенную «схожесть» (стратиграфии, находок и т. п.) раскопов, объясняемую близостью их местонахождения, центром исследований на каждом из них стали интересные частные сюжеты.
На XV раскопе были зафиксированы следы производства красноглиняной поливной керамической посуды. Они были представлены многочисленными осколками керамических тиглей с остатка¬ми стекловидной поливной массы (которые так же встречались на XVI и XVII раскопах), фрагментами самих изделий и нижней частью, вероятно, универсального горна. Косвенное отношение к производству поливной посуды, предположительно, имеют многочисленные находки лома цветных металлов, деформированных, иногда неодновременных слою изделий из этого же материала. Керамическая коллекция, одновременная комплексу (технологический брак и бой), достаточно обширна и, несомненно, является свидетельством разнообразного ассортимента производства (рис. 3).
В составе производственного брака выделяется наиболее многочисленный вид мисковидных изделий с желобовидным сливом, покрытых внутри зеленой поливой, функциональное назначение которых пока не ясно. Изделия схожих форм присутствуют в белорусских материалах, где датируются XVII в. и относятся к немногочисленной категории «рукомоев»(Зданович Н.И., Трусов А.А., 1993, с. 46; Левко О.Н., 1992, с. 109, рис. 27).
Однако, при детальном сравнений изделий из разных регионов обнаруживается ряд отличий. Так, в белорусских рукомоях слив прикрепляется к верхней части стенки сосуда, в которой проделывались небольшие круглые отверстия. В псковских же перегородка между носиком и основным объемом тулова отсутствует. Кроме того, местные формы несколько превышают по размерам белорусские. Возможно, в Пскове этот вид поливных сосудов мог использоваться не только в гигиенических целях.

Рис. 3. Фрагменты наиболее распространенных форм керамических сосудов
Время существования комплекса определяется тем, что остатки конструкций горна были выявлены при зачистке материка и разборке фундаментов постройки XIX в., стоявшей вдоль улицы. От горна сохранилась нижняя часть, представленная пятном красной прокаленной глины и ямой, в которую были опущены фундаментные подпечные конструкции. Пятно печи было округлым в плане, диаметром около 1,5 м по внешнему контуру. Нижние отметки его находились на 15 - 20 см ниже уровня материка, яма была опущена в него примерно на 1 м.
При разборке остатков производственного сооружения были найдены несколько изделий из цв.металла (проволока, свернутая кольцами, костяная пуговица с бронзовой обтяжкой, деформированная бляшка) несколько фрагментов керамики предположительно середины XVIII в. Среди находок отсутствовал керамический шлак. Деформированные готовые формы, но широко были представлены черепки изделий с дефектами поливы и обжига, кусочки стеклянной массы голубого и белого цвета (на всех трех раскопах). Наличие кусков стекловидной массы связано с производством не просто поливной, но уже эмалевой посуды. Эмали относятся к типу надглазурных красок. Это стекло, сплавленное с цветными окислами, растертое в порошок и нанесенное на изделие после покрытия его глазурью. В северо-восточной Белоруссии керамика с эмалевыми покрытиями появляется во второй половине XVII - XVIII вв. (Левко О.Н., 1992, с. 17).
Многие исследователи, особенно В. И. Кильдюшевский, неоднократно подчеркивали местный характер производства декоративной поливной керамики (посуды и изразцов) в XVI - XVII вв. С конструкциями универсального горна, датируемыми XVII в., автору пришлось встретится на Благовещенском II раскопе 1995 г. (Окольный город, ул. Некрасова). Там также были раскрыты остатки комплекса по производству декоративной керамики (Яковлева Е.А., 1996) Известно и о существовании производства поливной посуды в Пскове в XIX - XX вв. Наша находка подтверждает факт непрерывности этой производственно-ремесленной традиции.
На XVI раскопе к наиболее интересным сюжетам можно отнести находку на краю материковой терассы. Здесь были зафиксированы следы неких конструкций, связанных либо с дренированием местности, либо с укреплением берега. Они представляют собой траншейки шириной до 35 см, глубиной до 60 см от сохранившейся поверхности материка, перпендикулярные линии обреза. В траншеях прослежены остатки деревянных конструкций, вероятно, бревен, уложенных в несколько рядов (до 3), одно на другое, у края терассы они обрываются. Траншейки и бревна в них, подобные этим, зафиксированы в обнажении на склоне береговой терассы в районе строящейся (1999 г.) Ольгинской часовни у ц. Успения у Паромени. Несомненно, конструкции связаны с приспособлением природного ландшафта (террраса, склон, гидрорежим) к наиболее оптимальному использованию в условиях городской среды. Более точная интерпретация раскрытых объектов затруднена из-за малой площади исследования, в пределах раскопа находилась лишь узкая полоска терассы — до 60 см шириной. Датировка сооружений осложнена тем, что, как уже говорилось ранее, культурный слой над ними и частично материк были подрезаны при поздней планировке местности.
Интересно, что на поверхности склона, сформировавшегося, вероятно, в XVII - XVIII вв. прослежены следы нескольких ярусов настилов, сползших или смещенных вниз. Каждый ярус представлен одной-двумя параллельнолежащими досками или плахами, что достоверно не определялось, ввиду плохой сохранности дерева. Они лежали по горизонталям склона. Перепад высот по поверхности участков настила составляет 30 - 35 см на 50 см протяженности склона. В некоторых местах фиксировался древесный тлен подкладок. Вероятно, нами были зафиксированы следы уличного настила, предваряющего булыжное мощение, либо фрагменты ограждения улицы (дощатого забора).
В пределы XVII раскопа при совмещении исторических планов, выполненном Б. Н. Харлашовым, попадает церковь мученика Евстратия (рис. 2). Монастырь мученика Евстратия и дружины, по мнению Болховитинова, упоминается под 1447 г. (Лабутина И.К., 1985, с. 167). Он находился на Запсковье у Гремячих ворот. И. Ф. Годовиков считал, что церковь стояла на подворье Крыпецкого монастыря. В пояснениях к известному плану г. Пскова в существующем виде, он сообщает, что развалины церкви еще видны (1857 г.). По исследованиям И. К. Лабутиной первое упоминание его относится к концу XVI в. Церковь на северной стороне улицы, ведущей к Гремячиим воротам, обозначается на планах вплоть до начала XIX в. На плане 1821 г. она обозначена как церковь мученика Евстратия, а на более раннем — Плане Псковской крепости 1740 г. — показана, выступающей на проезжую часть, что свидетельствует о ее принадлежности к более ранней планировке.
В западной части раскопа, под уличным булыжным мощением, были выявлены мощные пятна слоя разрушения некого каменного сооружения, выполненного из известняковой плиты на известковом растворе. В составе пятна усматривались куски кладки. Остатки разрушенного, а вероятнее всего, разобранного сооружения были сброшены вниз, по склону. Возможно, это были остатки храмовой постройки. •
Работы 1999 г. на XV - XVII Богоявленских раскопах, несмотря на некоторое разочарование для любителей городского средневековья, дали обширный материал по губернскому периоду Пскова и внесли ясность в ряд вопросов градостроительнной истории Зап¬сковья.

ЛИТЕРАТУРА
Здшювич Н.И., Трусов А.А., 1993- Белорусская поливная керамика 11-18 вв. Минск. Лабутина И.К., 1985. Историческая топография Пскова и XIV - XV вв. М. Левко О.Н., 1992. Средневековое гончарство северо-восточной Белоруссии. Минск. Яковлева Е.А., 1996- Раскопки на 2 Благовещенском раскопе в г.Пскове. // Археология и история Пскова и Псковской земли. Псков.
АРХЕОЛОГИЯ И ИСТОРИЯ ПСКОВА И ПСКОВСКОЙ ЗЕМЛИ
Институт археологии Российской Академии Наук
Псковский государственный объединенный историко-архитектурный музей-заповедник
МАТЕРИАЛЫ НАУЧНОГО СЕМИНАРА ЗА 2000 год
Tags: 2000, Яковлева, раскопки в Пскове
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment