arheologi (arheologi) wrote,
arheologi
arheologi

Category:

Салмина Е.В. Раскопки в прибрежной части Запсковья (Богоявленские XV, XVI, XIX, XXI - XXIVраскопы)

В 2000-2001 гг. в Пскове продолжались широкомасштабные археологические работы на Запсковье, связанные с новым строительством и прокладкой коммуникаций. В прибрежной части Запсковья на ул. Герцена были расположены Богоявленские XV, XVI, XIX, XXI, XXII-XXIV раскопы. Общая площадь, исследованная в 2000-2001 гг., составила 1680 кв. м (рис.1). Работами руководили Ершова Т.Е. и Салмина Е. В.
Работы на XV и XVI Богоявленских раскопах производились в контурах фундаментов будущих жилых домов. Богоявленский XIX раскоп был заложен в связи с необходимостью исследования фундаментов и пристроек к реставрируемому в ключе общей реконструкции квартала памятнику архитектуры XVIII-XIX вв. - «дому Статиной».

Богоявленские XXI - XXIV раскопы, примыкающие к завершенным в 1999 г. Богоявленским XIII и XVIII раскопам, вместе соответствовали контурам котлована нового проектируемого здания гостиницы.
Богоявленские XV и XVI раскопы, на которых продолжались исследования, начатые Е.А. Яковлевой в 1999 г., располагались на краю верхней береговой террасы реки Псковы, примерно в 50 м от каменной стены XV в. Оба раскопа были существенно расширены в 2000 г. в связи с изменением проекта застройки. Мощность отложений средневекового и нового времени составляла на этих раскопах от 120 до 240 см. Перепад высот по склону при этом составил почти 5 м.
В 2000 г. на Богоявленском XV раскопе были закончены двухгодичные работы по исследованию культурного слоя XV - XIX вв. на склоне речной долины. На протяжении двух сезонов вырабатывалась методика, позволившая в оптимальной форме фиксировать слои, формировавшиеся на склоне в результате как медленного оползания на протяжении столетий, так и целенаправленных подсыпок и сбросов.
Комплекс всех отложений исследовался с горизонта отложений губернского города - XVIII - XIX вв. Скорее всего, в конце XVIII - XIX вв. были построены и функционировали зафиксированные на раскопе постройки, сложенные из известняка. Одна из них условно интерпретирована как опорная стена берега (больший ее отрезок исследован в 1999 г.), вторая представляла собой многокамерное жилое здание (большей частью также изученное в 1999 г.). В верхней части отложений была зафиксирована булыжная мостовая кон. XIX - нач. XX вв. Еще четыре каменные постройки этого же периода представлены фрагментарно, по назначению, скорее всего, были хозяйственными.
В прошлом сезоне на XV и XVI Богоявленских раскопах исследовались отложения XVIII - XIX вв. В пределах двух северных линий квадратов был раскрыт край верхней береговой террасы, принятой за материковую, естественную. Был также исследован склон до второй сверху террасы, раскрыта ее северная часть. В ходе работ 2000 г. на второй террасе продолжал раскрываться горизонт красной глины, принятой в 1999 г. за материк.
Нужно признать, что этот слой действительно представлялся естественным, выглядел лишенным каких-либо включений и был очень похож на материковый. Только последовательное «опускание» уровня исследуемого слоя и раскрытие склонов террас в 2000 г. показало, что под этот слой уходят некоторые прослойки и даже деревянные конструкции. Оказалось, что мощный (до 2 м) массив глины рукотворен, содержит строительные остатки и немногочисленные находки.
К сожалению, часть этих недоисследованных отложений, оказалась размыта во время весеннего таяния снега и стекания талых вод к реке. Кроме того, в процессе строительной деятельности в период межсезонья считавшаяся законченной площадь была частично засыпана современным строительным мусором. Таким образом, слой, составлявший эти рукотворные террасы, оказался исследованным не в полном объеме.
Верхняя рукотворная терраса на XV раскопе имеет высоту почти 2 м, на XVI раскопе она значительно ниже - не более 1,4 м в восточной части и 0,8 м в западной. Судя по малому количеству находок и включений, верхняя терраса сооружалась в краткий срок, глина насыпалась почти единовременно. Материк перед сооружением массива был подрезан, но не на очень большую глубину - нижние части немногочисленных средневековых ям сохранились. Состав находок из слоя слабогумусированной глины указывает на то, что терраса была возведена не ранее кон. XIX в., незадолго до строительства булыжной мостовой - возможно, как целенаправленная подсыпка под нее.
Слой слабогумусированной глины присутствовал и на второй сверху из открытых террас, но там его мощность не превышала 20-45 см. Находок костей и керамики здесь было заметно больше, чем в слое глины, образовывавшем верхнюю террасу. Слой подсыпки на второй террасе сохранился хуже. В восточной части раскопа он многослоен - прослежены горизонты песка и глины.
Судя по нарушенности верхней части ям, материк был снивелирован перед насыпкой глины и здесь, но в меньшей степени. В целом работы по подсыпке на второй террасе были менее масштабны и, во всяком случае, на исследованном участке в меньшей степени изменили первоначальный облик склонов. Наблюдения за составом материковых фракций показывают, что здесь длительное время присутствовал застой воды, быть может, глиной выравнивались перед началом какой-либо строительной деятельности низкие затопленные места. Впоследствии при эксплуатации склона он был покрыт целой серией вымосток (рис. 2,3).


Прямо на охарактеризованной слабогумусированной глине на второй террасе на XV раскопе была раскрыта небольшая вымостка, составленная шестью бревнами, ориентированными параллельно линии склона, лежащая в пятне древесных остатков - щепы и опилок. Общие размеры пятна 4 х 3,6 м. Двумя метрами южнее и двумя пластами ниже по склону была раскрыта полоса бессистемно расположенных обрубков плах, бревен, досок, строительных деталей во вторичном употреблении. Дерево уложено неплотно, ширина полосы - около 1,2 м. Сохранилась она только в западной части раскопа, в центральной и восточной - разрушена фундаментом здания XIX в.
В следующем пласте раскрыт еще один горизонт вымостки из плах и досок, занимавшей западную и центральную часть раскопа, размерами примерно 5 х 2 м, параллельной склону. Колышки диаметром 5-7 см, выявленные в пятне вымостки, вбитые наклонно под крупные плахи, предохраняли их от оползания по склону. Колышки были вбиты перпендикулярно склону, остро обтесаны снизу. В составе этой вымостки выявлены также небольшие булыжники и
обрубки бревен. Вымостка лежала на темно-сером слое с интенсивными включениями строительных остатков - крупной щепы и кусков сосновой коры.
В восточной части пятна мощения зафиксирована конструкция спуска, состоящая из восьми досочек, лежащих параллельно склону. Эти доски также были закреплены колышками, вбитыми наклонно под третью сверху доску и последнюю снизу.
В восточной части раскопа эта вымостка разрушена, видимо, при прокладке или перекладке дренажа, произведенной позднее устройства мощения, но ранее засыпки глиной второй сверху террасы.
Прямоугольная конструкция вымостки из бревен выявлена так¬же у южной границы раскопа. Общие размеры прямоугольника око¬ло 1,9 х 1,5 м. Он образован одиннадцатью уложенными параллельно друг другу бревнами.
На XVI раскопе этим сооружениям стратиграфически соответствовали также деревянные остатки,, размещенные вдоль склона. Следует упомянуть, что стратиграфическое соотношение слоев на XV и XVI раскопах было затруднено тем, что между ними располагалось здание XIX в., котлован которого разрывал слои и горизонты.
На XV и XVI раскопах был раскрыт протянувшийся по склону ряд бревен, ориентированных перпендикулярно ему. Бревна длиной 2,2 - 2,45 м, диаметром около 25-30 см лежали на расстоянии около 2 м друг от друга. Общая картина напоминала раскрытые лаги под мостовой. Подобное местоположение восьми бревен едва ли случайно, скорее всего, они были несущими под каким-то звеном замощения берега.
На XVI раскопе было также зафиксировано сооружение, не распространявшееся на соседний XV раскоп. Оно было представлено идущей вдоль склона линией досок или плах на ребре, укрепленных кольями. Вероятно, эти доски были предназначены для сдерживания оползающего вниз по склону грунта. Располагалось это сооружение выше вымосток по склону. На XVI раскопе значительно ниже по склону были обнаружены также две прокопанные в материке и предматериковых отложениях траншейки, идущие под углом в 45 градусов к склону, которые тоже могли иметь противооползневое назначение.
На XVI раскопе был раскрыт дренаж, время устройства которого не вполне очевидно — ранее последнего замощения, но, возможно, одновременно или позднее первых нерегулярных вымосток.
Что касается датировок охарактеризованных сооружений, то сохранность дерева позволила получить небольшую серию дендро-дат. Датировки выполнены М.И. Кулаковой. Оказалось, что все эти вымостки были устроены на довольно кратком хронологическом отрезке - в 70-90-е гг. XVI в.
Следы пожара, датируемого 1607 или 1609 гг., зафиксированы в раскопах, в нем погиб ряд построек, но дерево из охарактеризованных вымосток следов обугливания на себе практически не имеет. Возможно, к этому времени дерево уже оказалось затянуто слоем, или же лежало в очень влажном грунте.
В целом на XV и XVI раскопах самые древние отложения датировались XV в. Материалы этого времени присутствовали только в ямах. На материковом склоне зафиксирован максимальный высотный перепад в 5 м - на отрезке в 16 м.
На раскопах на склоне собрана значительная коллекция индивидуальных находок. Здесь присутствовали традиционные хозяйственные принадлежности и предметы быта: ножи (один из них с упором, один - с полуторной заточкой лезвия), железная лопата с деревянной рукоятью, колодезный крюк, сечки, удила, топор, плужный лемех, пила, ключи, замки, дверные петли, фрагменты свинцовой оконницы и оконных ретушированных стекол, костяной кочедык, пряслица и их заготовки, костяные гребни (в том числе и миниатюрный), строительная и бытовая керамика (дуговые кирпичи, изразцы, киоты, керамические игрушки).
Обнаружено большое количество фрагментов и деталей кожаной обуви: детский башмачок, верх туфли, головки сапог (в том числе с тиснением), подошвы, каблуки, задники, а также фрагменты рукавицы и перчатки. Им сопутствуют находки обувных подковок, набойка на каблук из цветного металла. Представлены деревянные изделия: поплавки, фрагменты бочек, деревянные вилы и лопатка, деревянная дверка или ставня с железными петлями. К ювелирным изделиям относятся орнаментированное кольцо из цветного металла, копоушка, несколько декоративных накладок из цветного металла, миниатюрная ложечка. Среди украшений преобладают бусины, пастовые и стеклянные, найдены также одна бисеринка, раковина каури. К редким находкам относятся деформированный фрагмент оклада иконы из цветного металла, железный варган.
Богоявленский XIX раскоп, как уже отмечалось, был заложен у северной стены памятника архитектуры XVIII в. - т. н. «дома Статиной» в связи с необходимостью решения ряда реставрационных задач и уточнения датировок разновременных пристроек к зданию. Здесь были исследованы культурные отложения XII - XIX вв. Мощность слоя составила около 1 м. Изучение горизонтов нового времени позволило высказать предположения о последовательности возведения пристроек к зданию, выявить их полные контуры, контуры их строительных котлованов
Была собрана интересная коллекция строительной керамики, происходящей, по-видимому, непосредственно из печей «дома Статиной» разных периодов его существования в XVII - XIX вв.
На участке сохранных отложений раннего Нового времени здесь был исследован деревянный настил, возможно, имеющий отношение к дворовому комплексу «дома Статиной» периода XVIII в.
На раскопе присутствовали также слои XV - XVII в. Достаточно типичным для прибрежной части Запсковья является присутствие гидротехнических позднесредневековых сооружений - водозаборного колодца и дренажа. Исследован также слой позднесредневекового пожара.
Самые ранние слои содержали керамику XII - XIII вв., но этот горизонт отложений был практически разрушен строительством в позднее средневековье - раннее Новое время и сохранился только в виде пятен на материке и материковых ямах.
Богоявленские XXI, XXII, XXIII, XXIV раскопы располагались севернее «дома Статиной» близ ц. Богоявления, примыкали вплотную к XIII и XVIII Богоявленским раскопам 1999 г. Напомним, что на этом участке исследования велись уже третий сезон и суммарно было изучено более 3000 метров, вследствие чего результаты работ здесь требуют уже скорее не «посезонного», а тематического анализа. Ввиду специфики сообщения, посвященного именно результатам полевых работ, представляется возможным лишь кратко охарактеризовать здесь наиболее яркие объекты, открытые в этой части Богоявленских раскопов.
Культурные напластования по мощности составили здесь около 0,8 -1м (до 3 м в ямах), стратиграфическая картина напоминала ситуацию на прошлогодних XIII и XVIII раскопах. Формирование слоя раннего Нового времени (XVII - XVIII вв.) было связано на этом участке с каменным строительством. Одно из каменных зданий — подызбица — полностью попало в контуры XXIII раскопа.
Городские исторические планы не предвещали с очевидностью появления здесь позднесредневекового каменного здания. На плане 1740 г. на изучаемом участке зафиксирован перекресток двух проезжих улиц и третья улица, идущая по высокой части берега. Согласно плану 1857 г., на этом участке присутствует здание, значительно меньшее, чем дошедший до наших дней «дом Каменской». Фактически открытой подызбице оно соответствует - довольно близко по площади - но несколько сдвинуто к северу. Наконец, на плане 1930 г. мы видим «дом Каменской» в дошедших до нас контурах.
Своды подземного здания были обнаружены при попытке бетонировать фундамент каменной брандмауэрной стены «дома Каменской», которую органами охраны памятников застройщику было предписано сохранить для включения ее в здание-новодел. К сожалению, о начале расчистки брандмауэрной стены археологи не были предупреждены. По-видимому предполагалось, что все работы пройдут в пределах балластного слоя XX в.
Фактически оказалось, что основанием брандмауэрной стены служит другая, более ранняя постройка. К сожалению, еще до вызова археологов стык разновременных стен построек оказался (из соображений предотвращения обвала) залит цементом, что полностью уничтожило достаточно важную для истории строительства и существования исследуемого здания периода Нового и Новейшего времени информацию. В частности, теперь не представляется возможным выяснить, построена ли брандмауэрная стена с сознательным учетом существования еще не заваленной подызбицы, или же фундаментная траншея для стены выкопана уже в мусорной засыпке «подвала».
Вместе с тем, руководство строительства повело себя вполне корректно и вызвало археологов сразу после обнаружения очевидных пустот под «домом Каменских». Тогда было принято решение начать археологическую фиксацию прямо с уровня снятия полов 2-й пол. XX в.
Раскрытое здание подызбицы имело хорошую сохранность, в плане представляло собой прямоугольник 7,5 на 8 м, ориентированный приблизительно по сторонам света с поправкой на отклонение от основной оси идущей по берегу улицы. Толщина стен составляла от 0,8 до 1,1 м. Здание было сложено из местной известковой плиты на известково-глинистом растворе, свод сверху плотно забит глиной.
Выделены две конструктивные части подземного помещения -собственно погреб (южная часть) и «камера» коридора входа (северная часть). Обе части перекрыты коробовыми сводами, над про¬ходом из коридора входа в основную часть выполнена распалубка, верхняя часть свода над основным помещением разрушена при строительстве «дома Каменской», причем весьма аккуратно разобрана, и плиты разобранной части убраны.
Вниз вели семь ступеней, две верхние были вырублены в материковом суглинке, остальные выполнены из массивных известняковых плит. Ширина ступеней составляла около 40-45 см, высота - 19-26 см.
В северной стене входа в подызбицу выявлена свечная ниша. В противоположной стене наблюдался некий заложенный проем, первоначально принятый за подобную нишу. Он оказался ступеньками подъема из коридора в наземную часть здания. Это редкий случай, когда мы имеем со столь явным указанием на существование наземной части здания. Как правило, именно с отсутствием наземной части хозяйственной постройки мы связываем отсутствие большинства археологически выявленных подызбиц на плане 1740 г.
Ступени спуска приводили в маленькое помещение размерами 1,1 х 1,6 м, в южной стене которого (поворот направо от входа) располагался сводчатый дверной проем шириной 90 см - выход в основное помещение.
Основное помещение, разделенное на две части стеной «дома Каменской», которая прорезает все слои деревянных полов и не доходит до каменного пола только на 25 см, по внутренним обводам имеет размеры 4,8 х 3,7 см. В западной стене его присутствует стенная ниша, в восточной - ниша, видимо, представлявшая собой стенной шкаф.
У подошвы южной стены основного помещения выявлен про¬ем - выход дренажного канала, к которому с внешней стороны подведена дренажная труба, выполненная из дерева и обтянутая железным обручем. Вывод дренажа, без сомнения, был на берегу Псковы. Отметим, что, вне всякого сомнения, проем для стока воды выполнен сразу, при строительстве подызбицы.
Сток осуществлен с уровня каменного пола, уложенного прямо на материковый суглинок, над которым присутствовали еще три яруса деревянных. Нужно заметить, что сохранность дерева во всех ярусах примерно одинакова, и настилались они, скорее, в связи с подтоплением, чем с приходом в негодность.
Археологический материал не дает для сравнительно узкой датировки этого здания достоверной информации — все слои, предшествовавшие возведению подызбицы, разрушены позднейшим строительством, XVII в. она датирована по конструктивным деталям.
Отметим, что при раскопках были выявлены и остатки здания, которое, вероятно, мы видим на плане 1857 г.: его западная стена опиралась на стену подызбицы, вход с улицы в подвальное помещение, собственно, подызбицу, был оформлен именно на этапе его существования. В дальнейшем конструкции входа и эта стена оказались несущими под внутренними стенами «дома Каменской».
Завершая сюжет о подызбице, сообщим, что консервация ее выполнена на вполне удовлетворительном уровне, и по согласованию с НПЦ по охране памятников она уже включена в подвальное помещение строящейся гостиницы.
Мощный слой зафиксированного в площадях прошлого года пожара позднесредневекового времени, предшествовавшего каменному строительству, здесь фиксировался несколько хуже, меньшими участками, чем на раскопах 1999 г., что явно связано с разрушением этого горизонта на большой площади при каменном строительстве. Деревянная застройка XVI в. в наземной части была, видимо, уничтожена этим пожаром, но сохранились частокольные канавки, складывающиеся пунктирно в границы участков, заглубленные в землю дренажные системы, хозяйственные ямы.
Ряд объектов этого периода складывается в производственный комплекс, связанный с обработкой цветного металла. Изменение проекта строящихся зданий весьма счастливо привело к тому, что производственная бронзолитейная печь (вернее, ее основание) оказалась полностью исследована в XIII раскопе 1999 г. и XXII раскопе 2000 г.
В плане пятно глиняного основания печи имеет неправильную форму, составлено сырой и прокаленной оранжево-бурой глиной со щебнем и мелким плитняком, размеры - до 2,8 х 2,2 м. Щебень и плитняк в пятне лежат довольно неплотно, промежутки между плитами, превышают размеры самих плит.
По периметру глинистого пятна основания выявлена углистая полоса шириной 10 - 30 см. Глинистая подушка имела мощность 25-30 см, под ней начался горизонт прерывистых угольных прослоек и темно-серого слоя с углями. В составе этого слоя встречались беспорядочно размещенные булыжные камни. Этот слой продолжался еще 25-30 см, яма была заглублена в материк, стенки ямы почти отвесные, дно плоское.
Керамика из ямы датируется XVI в. Из ямы происходит также большое количество индивидуальных находок, связанных с бронзолитейным делом. Среди них - крестик, пуговица, язычок застежки, пряжка из цветного металла, многочисленные фрагменты изделий, пластины из цветного металла, фрагменты литья, слитки, литейная форма, десятки фрагментов тиглей. В составе слоя вокруг обнаружено также большое количество мелких шлаков.
Отложения XXII раскопа вблизи от печи также свидетельствовали о связи участка с ювелирным делом. В слое встречались шлаки, среди находок изобиловали тигли. Обнаружены также две весьма интересные находки - проволочная кольцевидная серьга из цветного металла и пара серег в виде «знака вопроса», выполненных из цветного металла, с надетыми синими стеклянными цилиндрическими бусинами. Сам факт попадания в слой пары целых серег довольно необычен.
Керамический материал дает основание датировать ряд останков слоя и ям XV в., но горизонт этого времени сравнительно с 1999 г. малоинформативен.
Отложения и ямы древнерусского времени - XII - XIII вв. -были прослежены на XXI и XXII раскопах на небольшой площади. Мощность этих отложений достигает 15 см (в раскопах прошлого года - до 35 см). Этот горизонт убедительно датирован по многочисленной керамике, находкам золотостеклянных бусин, бисера, розовых шиферных пряслиц. Мощность слоя и присутствие большого количества находок позволяет предполагать довольно долгосрочное использование итого участка и древнерусское время.
Наиболее ранние отложения - слой грунтового o могильника-обнаружены при раскопках 2001 г. на ХХШ раскопе. Напомним, что работы здесь, в прибрежной части Запсковья, велись уже третий сезон, было исследовано уже более трех тысяч кв. м. Обнаружение могильника под слоем поселения (?) древнерусского времени явилось полной неожиданностью. Собственно, человеческие кости обнаруживались уже при работе в данной части массива и в 1999, и в 2000 гг., но речь идет о шести находках на трех тысячах квадратных метров, которые были сочтены переотложенными костями из некрополя храма Богоявления, до которого от границы XIII раскопа менее 70 м.
В 2001 г. же исследованы два погребения раннесредневекового периода, судя по инвентарю - женские (рис. 4, 5). Оба они выявлены в районе естественного материкового повышения, не очень явного -на 15-20 см выше, чем на прилегающей территории и в 14-20 м от края обрыва берега Псковы.

Погребение 1 было обнаружено при зачистке гумусированного пред материкового пятна после снятия светло-серого слоя, содержавшего керамику XII - XIII вв. Первоначально обозначились контуры прямоугольной ямы шириной около 90 см и длиной более 1,4 м (с восточной стороны погребение нарушено более поздними ямами). В составе ямы обозначились пятна гумуса, при расчистке был выявлен скелет погребенного. Кости имели очень плохую сохранность, представляли собой фактически прах, тлен и были собраны только в виде отдельных проб. Кости ног ниже коленей отсутствовали, были разрушены уже упомянутыми позднесредневековыми ямами, череп также: превратился в тонкую прослойку органики на песке. Руки были согнуты в локтях под углом около 120 градусов и сложены на животе. Ориентация скелета — головой на запад.

О возможном наличии гроба свидетельствовали находки шести железных гвоздей крайне плохой сохранности. В погребении присутствовал инвентарь — украшения. Два височных кольца — бронзовое с заходящими концами и серебряное с заходящими заостренными концами - были найдены с левой стороны от скелета, ориентировочно на уровне нижней части черепа, возможно, на уровне шеи (напомню, что череп представлял собой пятно тлена). Орнаментированная серебряная бронзовая позолоченная подвеска была обнаружена с левой же стороны на уровне ключицы. В районе тазовых костей были также найдены комочки железного окисла, но что это было - определить не представляется возможным. Скелет лежал на белом выщелоченном песке, стенки могильной ямы были отвесными, дно плоским.
Второе погребение имело лучшую сохранность, хотя тоже было нарушено ямой XVI в., а также современным геодезическим буром. Оно также было обнаружено при разборке светло-серого супесчаного слоя, отнесенного по составу находок к XII - XIII вв. Здесь на зачищенной поверхности четко читалась могильная яма и контур гроба с выпуском доски в юго-западном углу. Размеры ямы в пятне составили 1,8 х 0,7 м. Она была прямоугольная по форме, заполнена песком, перемешанным со светло-серым грунтом.
Скелет сохранился хорошо, дренажом XVI в. оказались обрезаны кости левой ноги. Руки были согнуты в локтях и сложены на животе, кости кистей располагались на тазовых костях. Единственная находка - серебряный перстень с заходящими концами - обнаружена чуть ниже костей кисти правой руки.
Кроме того, в погребении найдены восемь железных гвоздей, расположенных симметрично по углам гроба и по его длинным стенкам. Гроб оказался достаточно сохранен для того, чтобы определить толщину стенок - около 1,2 - 1,6 см; в юго-западном углу осуществлен выпуск стенки на 20 см к юго-западу. Дно сохранилось очень плохо, в виде отдельных пятен древесного тлена мощностью не более 0, 5 см. Под пятнами тлена оказались выявлены массивные известняковые плоские плиты, расположенные весьма неплотно и выходящие за контуры гроба.
Следует признать, что датировка погребений страдает некоторой условностью. Кольца и перстень имеют широкую датировку, подвеске же стопроцентной аналогии не найдено, и пока специалисты, с которыми удалось проконсультироваться, предложили отнести ее ко 2-й пол. X - XI вв. Принимая во внимание то, что погребения перекрыты слоем с керамикой XII - XIII вв., на условном варианте датировки - X - XI вв. мы и остановились.
К сожалению, шанс на обнаружение погребений этого же могильника в последующие сезоны невелик. Дело в том, что с трех сторон найденные погребения окружены сплошной исследованной площадью. Материковое повышение, правда, продолжается еще в западном направлении, и там как раз существует недоисследованный участок культурного слоя. Но там совершенно точно располагается здание XIX в.- «дом Васильевых», руины которого просматриваются и на дневной поверхности. Впрочем, не стоит забывать, что погребение 1 сохранилось именно в контурах ленточного фундамента здания «дома Каменских», что дает некоторую надежду.
Таковы - в конспективной форме - основные результаты полевых исследований в прибрежной части Запсковья сезонов 2000-2001 гг.
АРХЕОЛОГИЯ И ИСТОРИЯ ПСКОВА И ПСКОВСКОЙ ЗЕМЛИ
МАТЕРИАЛЫ НАУЧНЫХ СЕМИНАРОВ
2001-2002 год
Tags: 2001-2002, Салмина, жилище, находки, раскопки в Пскове
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments